<<
>>

ГЛАВА 5. МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА КУ МАРИНОВ, Ф Л А ВОНО II ДО В, АНТРАХИНОНОВ, КАРДИОСТЕРОИДОВ, ФЕІЮЛОКИСЛОТ И ЭФИРНЫХ МАСЕЛ ФЛАВОНОИДЫ, ПРОИЗВОДНЫЕ КУМАРИНА И АПТРАХШ10НА

Большое внимание, уделяемое в последние годы ряду природных соединений — производных а- и у-иирона, о также антрахипонам, объясняется широким спектром их биологического и фармакологического действия.

Работами оте- чественных 118, 20, 21, 115, 117, 163, 206, 255, 258, 284, 285] и зарубежных 1329, 374, 379, 387, 401, 412, 443, 444, 475, 495] исследователей показано наличие у них общих и специфических видов фармакологического действия.

Я. И. Хаджай 1284], систематизируя выполненные под его руководством исследования и литературные данные, показал многосторонность биологического действия производных а- п у-пиронов на гладкую мускулатуру внутренних органов, а также на коронарное кровообращение и сосудистую систему, желчеотделение, обезвреживающую функцию печени и диурез, отметил их капилляроукрепляющее и противоязвенное действие.

Для всех трех групп соединений общим фармакологическим действием является спазмолитическое. Исследования сотрудников ВНИИХТЛС, а также литературные данные свидетельствуют о том, что флавоноиды, кумарини и фурокумарини обладают примерно одинаковым действием на гладкую мускулатуру кишечника, а также на матку и бронхи. Длительность спазмолитическою эффекта флавоноидов и кумарипов около 20 мин, несколько дольше действует кел- лин. Сила спазмолитического действия сравпима с эффектом папаверина. Данные, получепные группой исследователей под руководством Я. И. Хаджал 121, 285], позволяют говорить о преимущественном папаверино-подобном механизме действия сс- и у-пиронов па гладкомышечные волокна. Высказано предположение об общебиологическом значении этих соединений, принимающих участие в регуляции тонической функции гладкой мускулатуры, оказывающих противодействие влиянию экзо- и эндогенных стимуляторов гладкой мускулатуры.

В то же время спазмолитическая активность флавопоидов, кумарннов в ряду каждой из групп соединений различна и зависит от характера радикалов, их числа, местоположения в молекуле. Однако четко объяснить изменение спазмолитической активности соединений только наличием определенных радикалов во многих случаях не представляется возможным 120, 21, 285].

Влияние на коронарные сосуды и сосуды внутренних органов наиболее выражено в а-пироне; флавоноиды уступают кумаринам и келлину. Из флавоноидов наиболее активен, но данным 120], гиперин. Установлено, что на увеличение коронарораспшряющей активности флавоноидов оказывает влияние количество гидроксильных групп, метоксилирова- ние в положении 4'. В то же время влияние природы сахарных компонентов и их количества неоднозначно.

В группе фуранохромонов основной вклад в повышение активности вносит гликозилирование по второму положению, а также метоксплнрованне в 8-м положении. Такое же влияние, но ири введении метоксильных групп в 5-м и 7-м положениях оказывают кумарины.

Укрепление сосудистой стенки и снижение ломкости капилляров выражено наиболее сильно у генинов и гликозидов флавоноидов при незначительном влиянии фурокумаринов и фуранохромонов.

Существенно сказывается на капилляроукрепляющей активности отсутствие в флавоноидных ге- нинах оксигрупп в положениях 3 и 3' 120]. Усиление действия наблюдается при переходе от агликонов к монозидам, а снижение — в ряду биозидов и триозидов ]20].

Желчегонное действие свойственно как флавоноидам, так и производным кумарина, однако если у последних оно практически незначительно, то у флавоноидов возрастает в ряду флавоноли •< флавоны hspace=0 vspace=0 align=center>

Большое значение для активности имеют следующие факторы: структурные изменения лактона и его пространственная ориентация; конформация стероидного скелета, место присоединения, природа и пространственная ориентация заместителей, наличие двойных связей; природа сахарного компонента.

Изменение конфигурации лактонного кольца из 17(3- в 17а-ноложенне, восстановление его двойной связи или образование изокарденолидов приводят к резкому падению кар- диотонической активности.

Существенное влияние на биологическую активность оказывает конформация стероидного ядра. Данные табл. 22 показывают, что карденолиды с циссочленепием колец А и В более активны, чем карденолиды с транссочленением.

Инактивирует молекулу карденолидов переход циссочле- нения колец CD в транссочленение.

Большую роль в изменении активности играют число, природа и положение заместителей в стероидном ядре. К примеру, гидроксильная группа в 11а- и 12|3-положении повышает биологическую активность, в то время как введение этой группы в положение 7(1 или 1()|3 понижает ее. Изменение конфигурации гидроксила в положении 3 из (3 в а приводит к падению кардиотонической активности. Эииме- ризацпя НО-групиы у С-3 является одним из путей инактивации агликонов в организме животных. Введение карбоксильной группы по С-10 или двойных связей в положение 8 : 14, 14 : 15 или 10 : 17 карденолидов ипактивирует молекулу.

При сравнении ряда гликозидов с одинаковыми аглико- нами, но разными сахарами видно, что природа углеводного остатка, как и природа агликоиа, влияет на биологическую активность. Особенно существенное различие активности можно наблюдать у гликозидов с сахарными остатками L-

Сравнительная биологическая активность гли- козидои дигитоксигенина с сахарными остатками D- и L-рядов
Гликозип Сахарный

остаток

LD
Дигптоксигенин-D-puM- D-рамноза 0,615
нозид
Эвомонозид L-рамиоза 0,278
Сомалин D-цимароза 0,289
Валлихозид L-цнмароза 0,200


ряда, которые значительно активнее гликозпдов с сахарными остатками D-рнда (табл. 23).

Активность гликозидов зависит не только от природы углеводного остатка, но и от места присоединения его в стероидном ядре. Синтезированные В. Т. Чернобаем [292] строфантидол-19-0 a-L-рамнозид, строфантидол-3, 19- ди-О-а-Ь-рамнозид и И. Ф. Макаревичем с соавторами [18G, 187] гитоксигашн-1 б-О-р-Б-глюкозид и гитоксигенин- 3, 16-ди-О-р-Б-глюкозид не обладали кардиотонической активностью. Можно полагать, что в организме животных происходит не только восстановление альдегидной группы до спиртовой или гидроксилирование некоторых положений стероидного ядра, но и дальнейшая инактивация кардено- лпдов путем образования глюкуропидов, а также сульфо- производных но имеющимся или образовавшимся оксигрун- нам [458, 459].

Все структурные изменения, приводящие к снижению биологической активности, связаны в основном с принятием молекулой более энергетически устойчивого состояния, что подтверждает предположение, высказанное И. Ф. Макаревичем [186]. Изучая зависимость кардиотонической активности от структуры, он пришел к выводу, что среди изомерных и близких по структуре групп сердечных гликозидов и агликонов наибольшей кардиотонической активностью обладают те, которые имеют наименее стабильные конформации и, наоборот, карденолиды с устойчивыми конформациями биологически либо мало активны, либо совсем не проявляют активности.

Н. М. Мирсалихова и соавторы [197] предложили двухцентровую модель дигиталис-рецептора, которая удовлетворительно объясняет причину разной активности кардеполид- ных гликозидов, отличающихся друг от друга структурными

элементами стероидной части молекулы или сахарного компонента.

Большой интерес представляют работы W. Forster 1352 J по выяснению зависимости механизма действия на сердце карденолидов от структуры агликона как носителя кардио- тонической активности, что имеет большие перспективы при лечении сердечных заболеваний.

АНТИГРИБКОВЫЕ СВОЙСТВА ФЕНОЛОКИСЛОТ,

ФЛАВОНОИДОВ, КУМАРИ110В, ЭФИРНЫХ МАСЕЛ

В последние десятилетия высшие растения постоянно привлекают внимание исследователей как перспективный источник получения антимикробных средств. Это внимание объясняется прежде всего тем, что антибиотики и синтетические препараты часто отличаются малым спектром действия, быстро наступающей адаптацией, токсичностью, индивидуальной непереносимостью [13]. В отличие от них растительные средства сочетают в себе этиотропное действие в отношении возбудителей заболеваний с благоприятным воздействием (противовоспалительным, регенерационным и т. д.) на организм больного.

Из большой группы инфекционных заболеваний трудную проблему представляет терапия больных дерматомикозами. Существующие средства и методы лечения, как правило, дают высокий процент побочных явлений и требуют стационарных условий [235]. Поэтому растения и средства, получаемые из ннх, выгодно отличаются в лучшую сторону. К сожалению, практическая медицина сегодня располагает очень ограниченным ассортиментом таких средств, хотя на антигрибковую активность изучались тысячи видов высших растений. Накопленный обширный материал в отечественной и зарубежной литературе свидетельствует о перспективности использования этого вида биологической активности в практике. При анализе данных литературы видио, что исследователи в качестве тест-микроорганизмов, как правило, выбирали возбудителей наиболее широко распространенных у человека и животных грибковых заболеваний — трихофитии, микроспории, аспергеллеза и кандидоза. При этом в качестве объектов исследования в условиях in vitro использовались соки растений, измельченные ткани подземных и надземных органов, различные экстракты (водные, спиртовые, эфирные и др.), различные группы биологически активных веществ и их отдельные компоненты. In vivo изучались только те сум-

MB pin.'С комплекс'! it индивидуал ыше вещества, которые при первичном исследовании проявили антигрибковую активность на уровне используемых в медицине препаратов. Отдельными авторами предпринимались попытки установить вяаимосвязь структуры природных химических соединений растительного происхождения с их антигрибковой активностью.

Анализ литературы и собственные исследования растений рода Черноголовка, полынь, схизонепета, багульник и рододендрон показывают, что из суммарных комплексов, содержащих кумарины, терпеновые гликозиды, стероидные сапонины, иридоиды, флавоноиды, эфирное масло, оксикарбо- новыо и феполкарбоиовые кислоты, наиболее выраженной фупгистатической активностью обладают фенольные соединения (фенолокислоты, флавоноиды, кумарины) и эфирные масла. При этом отмечается четко выраженная избирательность микробоингибирующего эффекта, т. е. с одной стороны, проявляется фупгистатнческая активность указанных препаратов в отношении поверхностных дерматофитов (М ic- rosporum canis, Trichophyton rubrum, Trichophyton menta- grophytes),' с другой — отсутствие ярко выраженного ингибирующего действия в отношении таких возбудителей, как Aspergillus niger и Candida albicans. Не имея возможности привести все данные по антигрибковой активности природных суммарных комплексов, представляем сведения именно для этих двух групп биолохическн активных веществ»

Фенолокислоты, флавоноиды и кумарины

Фенольные соединения широко распространены в высших растениях и представлены многими веществами. Их разнообразие иллюстрирует классификация, приводимая

В. Л. Кретовичем 1157]. Сведения об антигрибковой активности фенольных соединений встречаются в литературе уже много лет, но цельного представления об аитифунгальных свойствах этой группы соединений пока получить нельзя. Кроме того, приводимые разными авторами сведения нередко трудно сравнимы между собою в связи с применением различных методов исследования и разных тест-микроорганиз- мов. Чаще других на этот вид биологической активности изучались окепбензойные и оксикоричныо кислоты., кумарины и флавоноиды.

С этой целью исследовались сотни видов растений, из которых получали фракции фенольных соединений или выше

деляли отдельные их компоненты. И только единицы из них проявили высокую антигрибковую активность, способную конкурировать на уровне существующих препаратов. Примером таких растений, а соответственно и биологически активных веществ может служить подсолнечник липейнолист- ный, из которого выделена фракция фенольных веществ, подавляющая рост фитопатогенных и сапрофитных мицелиаль- ных грибов [ЗС]. Изолированный из этой фракции гелоргин в концентрации 10—50 мкг/мл задерживает рост возбудителей трихофитии и микроспории, а при увеличении содержания вещества до 200 мкг/мл авторы отмечали отсутствие роста и для Candida albicans. Примером избирательности микробоингибирующего эффекта может служить суммарный комплекс аренарин, выделенный из бессмертника песчаного (Helichrysum arenarium (L.) DC.). Присутствующие в нем наряду с другими группами биологически активных веществ фенольные соединения не оказывают ингибирующего действия на грибки, но проявляют антимикробную активность в отношении грамположительных бактерий [100].

Обращает на себя внимание также избирательность антимикробного действия одного из наиболее распространенных в растениях представителя фенольных соединений — галловой кислоты. Как и аренарин, она весьма активна в отношении золотистого стафилококка и других бактерий, но не оказывает влияния на грибки [98]. Метиловый эфир галловой кислоты (метилгаллат), выделенный из Caesalpinia Ъге- vifolia Baill. и других растений, подавляет рост некоторых видов бактерий и грибков в концентрации 500—1000 мкг/мл [498]. Примерно в таких же концентрациях подавляет рост патогенных грибков и этиловый эфир галловой кислоты (этилгаллат), выделенный из Acacia adansonii Juill. и других растений [499]. Превосходят галловую кислоту и ее эфиры по антигрибковой активности два других производных — пропилгаллат и галлоташш. В условиях нашего опыта они задерживали рост поверхностных дерматофитов (Trichophyton rubrum, Tr. mentagrophytes, Microsporum canis) в концентрации 3,9—31,2 мкг/мл. В пределах 1000 мкг/мл эти вещества не проявляли активности в отношении Aspergillus niger и Candida albicans.

Свойства фенольных соединений не ограничиваются способностью многих из них задерживать рост патогенных для человека и животных грибков. Им принадлежит также роль защиты самих растений от фитопатогенных микроорганизмов — возбудителей бактериальных, грибковых и вирусных заболеваний. Примером может служить хлорогеновая кислота (доспид антибиотически активной кофейной и хинной кислот), которая широко распространена в растениях и принимает активное участие в фитоиммуинтете, в частности в повапнений устойчивости ряда растений к грибковым заболеваниям. Интересно отметить, что из этих трех представителей оксикоричних кислот хинная кислота не обладает антигрибковыми свойствами (в отношении Phytophthora infestans), кофейная кислота его угнетает, а влияние на данный вид фмтонатогенного гриба хлорогенсвой кислоты авторы объясняют присутствием в ней остатка кофейной кислоты 1256]. Защитную роль в растениях выполняют также танины [162].

Оксибеиэойные и оксикоричные кислоты относятся к группе фенольных соединений, широко распространенных в растениях. Сведения о их антигрибковых свойствах в литературе весьма ограничены. Однако даже отдельные работы дают представление об относительно низком уровне этого вида биологической активности для указанного класса соединений. Этот вывод подтверждают результаты, полученные для про- токатеховой кислоты, которая уже в разведении 1 : 1000 не оказывает антибиотического действия на Trichophyton gyp- seum,, Epidermophyton Kaufman Wolf, и Candida albicans 197 1. За некоторым исключением отсутствие заметного фунги- ішстического действия отмечено нами при изучении /г-оксн- бензойной кислоты, выделенной из травы Черноголовки обыкновенной (Prunella vulgaris L.). Из пяти выбранных нами тест-микроорганизмов (Aspergillus niger, Candida albicans, Microsporum, canis, Trichophyton rubrum, Tr. mentag- rophytes) только у Tr. mentagrophytes отсутствовал рост на питательной среде, содержащей п-оксибензойную кислоту в концентрации 125 мкг/мл. Остальные грибы реагировали иа концентрации более 1000 мкг/мл.

Выраженную избирательность антигрибкового действия и некоторое усиление активности мы наблюдали при изучении оксикоричних кислот Черноголовки. Как и в случае с протокатеховой и п-оксибепзойной кислотой, наиболее устойчивыми к их воздействию были Candida albicans и Aspergillus niger (табл. 24). Выделяется из этой группы только /г-кумаровая кислота, которая задерживала рост указанных грибков в концентрациях соответственно 1000 и 250 мкг/мл. п-Кумаровая кислота отличается по активности и в отношении к поверхностным дерматофитам.

Антигрибковые свойства доказаны и для биологически активных веществ зверобоя продырявленного. Выделенные из травы растения комплексы иод названиями «иманип» и «иовоиманнн» рекомендоваиы в качестве аитимикробиых


Фунгистатнчеекая активность оксикоричних кислот и фланоноидоп Черноголовки обыкновенной, мкг/мл
Тbgcolor=white>Н/а Н/а
Лютеолин-7-гликозид 1000 1000 500 Н/а Н/а

Примечание. Здесь и в следующих таблицах: Н/а — фунгистатиче- ского аффекта не наблюдалось ори концентрации вещества 1000 мкг/мл.


средств, в том числе задерживающих рост пушистого микро* споропа, красного трихофитона и трихофитона ментагрофи- тес. Однако как и в ряде других случаев, при воздействии данными препаратами на Candida albicans, Aspergillus niger и других авторы наблюдали избирательность антимикробного действия, т. е. отсутствие положительного эффекта [105).

Высокой антимикробной активностью, в том числе в отношении возбудителей микроспории и трихофитии (Micro- sporum lanosum, Trichophyton rubrum, Tr. mentagorophytes) обладает монотерпеновый фепол бакучиол. Его продуцентом является распространенное в Средней Азии дикорастущее растение псоралея костянковая (Psoralea drupacea Bung). Минимальные концентрации препарата, подавляющие рост указанных дерматофитов, находятся в пределах 2—20 мкг/мл [6]. Из семян этого же растения, а также из семян Psoralea carylifolia L. выделен кумарин псорален, для которого отмечается умеренное антигрибковое действие в отношении черного аспергилла и некоторых видов поверхностных дерматофитов [105, 174].

В практической медицине широкую известность в качестве антивирусного средства получил госсипол. Полифенол, выделенный из хлопчатника шерстистого (Gossypium hirsu- turn L.), обладает также выраженным антигрибковым свойством. Его токсические дозы в отношении Microsporum lano- sum и Trichophyton mentagrophytes находятся в пределах 7,8—15,6 мкг/мл [48, 105].

Фенольные соединения входят также в состав комплекса, известного в отечественной литературе как препарат К, выделенный из череды поникшей (Bidens cernua L.). Природный комплекс имеет своеобразный спектр антибиотического действия. В концентрациях 2—20 мкг/мл он подавляет рост грамположптелышх и кислотоустойчивых бактерий. Антигрибковая активность препарата К проявляется в отношении дерматофитов (4—50 мкг/мл) и отдельных видов фптопато- генных грибов [6]. Разделение препарата К на ряд фракций (индивидуальное вещество, моно- и сесквитерпеновые углеводороды, кислородсодержащие вещества) показало, что по отношению к индивидуальному веществу большинство изученных дерматофитов более чувствительно (10—20 мкг/ыл), чем к другим фракциям препарата [217].

Интересные данные получепы при изучении антимикробных свойств солодки голой (Glycycrrhiza glabra L.), спирто- вый и эфирный экстракты которой задерживают рост Candida albicans (200—250 мкг/мл), Trichophyton gypseum (100— 250 мкг/мл), Microsporum lanosum (10—100 мкг/мл). При этом эфирные экстракты по активности несколько превосходят спиртовые. Попытка разделить эфирный экстракт на фракции фенолов, кислот и нейтральных веществ, привела к тому, что наиболее активная фракция фенолов все же уступала по этому показателю исходному экстракту [223].

Выделенный в Ташкентском фармацевтическом институте полифенольиый комплекс из зюзника европейского (Ьусо- pus europaeus L.) при малой токсичности обладает широким спектром антимикробного действия, в том числе и в отношении возбудителей грибковых заболеваний из рода Trichophyton и Microsporum. Полученный на основе полифенолов препарат Ф-2 показал хороший эффект при лечении гнойных ран и хронического гнойного отита [6].

Из группы фенольных соединений в природе очень широко распространены и содержатся в растениях в больших количествах флавоноиды. Отдельные из них обладают антибиотической активностью и используются в медицине. К их числу можно отнести кверцетин, рутин, лютеолин и др. Некоторые из них были выделены нами совместно с С. И. Дмит- рук из надземной части Черноголовки обыкновенной и изучены на фунгистатическую активность (см. табл. 24). Флавоноиды слабоактишш в отношении поверхиостпых дермато-

Фунгистатическая активность некоторых природных кумаринов и фура цоку маронов, мкг/мл
Вещество Тест-микроорганизм
Trichophyton rub- rum Т. mentng- rophytes Microspo- rum cun is Aspergillus niger Candida

albicans

Умбеллиферон Н/а 250 500 H/a H/a
Герниарин 250 15,6 15,6 1000 500
Умбелли и ренин 1000 250 1000 H/a H/a
Псорален 125 15,6 62,5 500 H/a
Императорин 7,8 7,8 31,2 1000 H/a
Ангелицин 62,5 62,5 15,6 125 125
Келлин 250 62,5 250 1000 H/a
5-Оксиксллин 3,8 7,8 3,8 H/a H/a


фитов, а концентрация в 1000 мкг/мл не ингибирует рост Aspergillus higer и Candida albicans.

Как уже отмечалось, кумарини (псорален) обладают умеренной фунгистатической активностью. Правда, среди этого рода соединений встречаются кумарипы и фуранохро- моны с достаточно высокой активностью (табл. 25). В пределах эталонных препаратов (нитрофупгин, сапгвиритрип) рост поверхностных дерматитов задерживают 5-оксикеллин и императорин. Не оказывают ингибирующего действия эти вещества (в концентрациях 1000 мкг/мл) па Aspergillus niger и Candida albicans. С этой точки зрения заслуживает внимания ангелицин, фунгистатическое действие которого заметно проявляется на всех пяти штаммах возбудителей.

Таким образом, предложенные литературные сведения и результаты собственных исследований показывают, что среди фенольных соединений высших растений встречаются вещества с яркб выраженным фунгистатичсским и фунгицидным действием. Довольно часто этот эффект достигается вследствие действия не отдельных компонентов, а их комплекса. Одним из примеров этого может служить фенольный комплекс Черноголовки обыкновенной, антигрибковые свойства которого в значительной степени усиливают полисахариды растения;

Эфирные масла

В отличие от фенольных соединений эфирные масла с глубокой древности применяются с антисептической целью, однако пользовались ими эмпирически. И только после вы-

явления микроорганизмов в Литературе стали пойвляться сообщения об их антимикробных свойствах. Исследовании антимикробного действия эфирных масел получили дальнейшее развитие после открытия Б. II. Токиным в 1928 г. феномена фитонцидов. И в настоящее время подавляющее большинство эфирных масел в той или иной степени прошло через руки ученых. Чаще в литературе встречаются работы, где в качестве тест-микроорганизмов использовались патогенные бактерии и отдельные виды возбудителей грибковых заболеваний. Немногочисленной выглядит информация по антигрибковому действию отдельных компонентов эфирных масел, по влиянию в тутри- и межвидовых факторов на этот вид активности и по некоторым другим вопросам, имеющим важное теоретическое и практическое значение. Анализ литературы показывает, что для изучения антигрибковых свойств использовались прежде всего растения с заметными количествами эфирных масел, а также хорошо зарекомендовавшие себя в народной медицине.

По данным С. А. Вичкановой и соавторов [46], из 25 эфирных -масел наибольшей антимикробной активностью in vitro обладали семь, в том числе санталовое, заманихи, сосновое и др. Из 30 присутствующих в них компонентов, как отмечают авторы, выделялись сесквиартемизол, линоли- лацетат и ветивариоацетат. Из них особый интерес для дальнейшего изучения при экспериментальной микроспории животных, по мнению авторов, представляет сесквиартемизол — сесквитерпеновый спирт азуленового ряда, выделенный ив Artemisia cina Berd. Авторы считают, что применение эфирных масел и веществ из них в качестве химиотерапевтических средств может быть перспективно лишь в отношении ограниченного ряда микроорганизмов и в первую очередь в отношении возбудителей поверхностных дерматомикозов [49]. В более поздних работах [46, 47] в числе эфирных масел с высокой степенью антимикробной и антигрибковой активностью отмечены эфирные масла Phytolacca ameri- сапа L., Tropaolum motor L., Achillea salicifolia Bess. При этом исследователи указывают на избирательпость действия эфирных масел в отношении различных патогенных микроорганизмов. По результатам их опытов почти все из 76 образцов эфирных масел обладают ингибирующим действием в отношении различных микроорганизмов, но степень активности биологически активных комплексов колеблется в достаточно широких пределах.

На более детальное изучение действия эфирных масел при грибковых заболеваниях указывает Ф. Ф. Протопопов [226].

При этом автор отмечает высокий терапевтический эффект при лечении дрожжевых эрозий рук и руброфитии ногтей мазыо, в состав которой входят эфирные масла мяты перечной и тмина обыкновенного.

Сильно выраженные различия антигрибкового действия в зависимости от видовой принадлежности эфирных масел наблюдали в своих исследованиях Г. II. Нилов и др. [204]. На примере 15 видов тысячелистника установлено, что только у двух видов иэ них эфирные масла обладали выраженным антигрибковым действием. Одним из главных компонентов, определяющих антифунгальиый эффект этих эфирных масел, является туйон. Кроме пего высокий антигрибковый эффект в отношении возбудителей рода Candida показали гераниол, цитраль, терпинеол, тимол и ацетат изоборнеол. Отрицательный результат получен для лииалоола, линолилацетата, кумарина, фенилэтилового спирта. Выраженный антифун- гальный эффект зарегистрирован для эфирного масла из череды поникшей [174]. При этом разделение его на фракции фенолов, кислот и основных или нейтральных веществ значительно снижало антигрибковую активность.

Нами совместно с М. В. Белоусовым, И. Н. Гуськовой, А. В. Румак, Е. А. Сальниковой, Е. А. Серых изучено более СО образцов эфирных масел, полученных из дикорастущих и культивируемых растений сибирской флоры [95, 202]. Установлено, что все эти эфирные масла обладают фунги- статическим эффектом (табл. 26, 27). Однако, как у яге отмечалось выше, степень антигрибковой активности у каждого вфирного масла различна по отношению к конкретному возбудителю грибковой патологии. Из семи основных семейств (Астровые, Вересковые, Зверобойные, Ароидные, Сельдерейные, Сосновые, Яснотковые), виды которых служили источником получения эфирных масел, наибольший фунгиста- тический эффект против Aspergillus niger проявили представители сем. Яснотковые (род тимьян, котовник, шандра, мята и др.). Эфирные масла этих растений задерживали рост іриба в концентрации от 250 до 500 мкг/мл. На Microsporum canis, Trichophyton rubrum и Trichophyton mentagrophytes наиболее ингибирующее влияние в концентрации 31,2— (>2,5 мкг/мл оказывали эфирные масла растений из родов полынь, багульник, сосна, базилик, Черноголовка и др.

Нами совместно с Н. И. Белоусовой и Т. П. Березовской с целью выяснения ответственности компонентного состава за антигрибковое действие для четырех наиболее распространенных на территории Сибири и Дальнего Востока видов багульника было изучено эфирное масло (см, табл, 29) и 13

Таблица 26

Фунгистатическая активность эфирных масел, мкг/мл

Тест-микроорганизм

bgcolor=white>Кориапдр посевной — Coriandrum sativum L.
Вид Є

a

к

о

ft

£ c ЙЗ

Trichophyton

rubrum

Trichophyton

mentagrophy-

te$

Aspergil lus niger Candida

albicans

1 2 3 4 5 «
Аир обыкновенный — A corns calamus L. 1000 1000 125 1000 1000
Анис обыкновенный — Anisum vulpare Gaerth. 1000 1000 125 500 1000
Багульник болотный — Ledum palust- re L. 1000 250 500 H/a H/a
Б. крупнолистный — L. macrophyl- lum Folm. 62,5 125 250 500 1000
Б. подбел — L. hypoleucum Kora. 1000 1000 500 1000 1000
Б. приземистый — L. decumbens Ait. Jodd ex Ytend 1000 250 125 1000 1000
Базилик эвгенолышй — Осітит men- thaefolium Hochst. 500 1000 62,5 500 1000
Гаультерин микеля — Gaultheria mi- gueliana Takeda H/a H/a 1000 H/a H/a
Гвоздичное дерево — Caryophyllus aro- maticus L- 500 500 250 1000 1000
Дягиль лекарственный — Archangelica officinalis Hoffm. 1000 1000 1000 1000 1000
Ель сибирская — Picea obovata Ledeb. 1000 1000 125 1000 500
Зверобой продырявленный — Hypericum perforatum L. 1000 1000 1000 1000 1000
Зизифора клинонодиевидная — Zizi- phora clinopodioides Lam. 1000 1000 500 1000 1000
Змееголовник молдавский — Dracoce- phalum moldavica L. 125 250 250 500 500
Кассандра — Chamaedaphne calycu- lata L. 250 500 62,5 H/a H/a
1000 1000 500 1000 1000
Котовник закавказский — Nepeta trans- caucasica Grossh. 125 500 500 250 500
К. крупноцветковый — N. macranlha Fisch. 500 1000 250 250 1000
Лофаптус Крылова — Lophantus kry- lovit Lipsky. 1000 1000 125 1000 1000
Майоран — Majorana hortensis Moench. H/a 1000 500 1000 H/a
Монарда лимонная — Monarda citrio- dora Cerv. 31,2 62,5 31,2 250 125
Мята длиннолистная — Menta longifo- lia (L.) L. 500 1000 1000 1000 500
M. курчавая — M. crispa L. 1000 1000 125 1000 1000
M. перечная — M. piperita L. 1000 1000 250 H/a 1000



і

Пихта сибирская — A bies sibirica Le- deb.

Полынь Гмеліша — A. gmelinii Web. ex Stechm.

П. горькая — Artemisia absinthium L.

Полынь Мартьянопа — A. martjanovii lvrasch ex Poljak.

П. клейкопатая — A. glutinosa Gay ex Bess. Soc. Nat.

П. обыкноиешшя — Artemisia vulgaris L.

П. плотная — A. comp acta Fiscli. ex DC.

П. понтпйская — A. pontica L.

II. рутолистная — A. ruiiloli.a Steph. ex Spreng.

IT. саятолиполистная — A. sanloli-

nifolia TurC7,.

П. селитрянная — A. nitrosa Web.

П. Сиверса — A. sieversiana Willd.

П. тунодольковая — A. oblusiloba L.

П. укронолистная — A. anethifolia

Web.

П. холодная — A. frigida Willd.

П. эстрагон — A. dracunculus L.

II. якутская — A. jacutica Drob.

Порезник сибирский — Libanotis sibirica ( L ) G. A. Mey.

Рододендрон даурский — Rhododendron dauricum L.

Рододендрон золотистый — R. aureum Georgi.

Сосна сибнрнская — Ptnus sibirica Du Tour.

С. обыкновенная — P. sylveslris L-

Тпмьян изящный — Thymus elegens Serg.

T. лимонный — Th. elegens Serg. 11

T. маньчжурский — Th. mandscliuri- cus Bonn. -

T. Маршалла — Th. Marschallianus Willd.

T. ползучий — Th. serpyllum L.

Тмин обыкновенный — Carum carvi L.

Тополь душистый — Populus suaveo- lens Fischer

Тысячелистник азиатский — Achillea asiallca Serg.

T. обыкновенный — A. mtllefolium L.

Филлодоце алеутская — Phyllodoce aleuttca (Spreng.) Ileller

1 2 a 4 5 6
Ф. голубая — Ph. caerulea( L-) Ва- bingt. H/a II/a 1000 H/a H/a
Черноголовка обыкновенная — Prunella vulgaris L. 125 500 15,6 1000 1000
Шалфей лекарственный — S. ofjiclna- lis L. 250 1000 250 H/a H/a
111. мускатный — S. sclarea L. 1000 1000 250 500 1000
Шандра реснитчатая — Elsholtzia ci- liata (Thunb.) 1000 1000 1000 500 250
Шизопенета многонадрезанная — Schi- zonepeta multifida ( L.) 1000 H/a 500 H/a 1000
Ш. однолетняя — Sch. annua (Pall.) Schischk. 125 125 15,6 125 500
Эвкалипт шариковый — Eucalyptus globulus Labill. 1000 1000 1000 1000 1000

его моно- и сесквитерпеноидов, в том числе: лимонен, и-ЦИМОЛ, л-мента-1(7), 8(9)-диен-2а-ол, ц-мента-1(7),8(9)-диен-2р-ол,

аскаридол-, гераниол, линалоол, камфора, линалилацетат, иалюстрол, ледол, ar-турмерон, циклоколоренон. Полученные результаты показывают, что эфирные масла, выделенные из облиственных побегов багульников, собранных в Томской области (б. болотный), в Хабаровском крае (б.

Фунгистатичесная активность некоторых компонентов эфирных масел,

мкг/мл

Таблица 27 bgcolor=white>H/a
Вещество Т*ит-мик роорганивм
Microspo- rum canis Т richophy- ton rub- rum Т richophy- ton men- tagrophy- tes Aspergillus niger Candida

albicans

Анетол 500 125 1000 1000 1000
Гераниол 250 62,5 250 250 500
Корвакрол 3,8 3,8 15,6 250 1000
Ледол Н/а Н/а H/a H/a H/a
Лимонен 250 250 500 H/a H/a
Линалил ацетат 500 250 500 H/a H/a
Линалоол 1000 1000 1000 H/a H/a
Ментол 500 250 500 500 1000
Пулегон 31,2 125 62,5 1000
Тимол 31,2 31,2 31,2 125 250
Хамазулен Н/а Н/а 250 H/a H/a
Цитраль 125 125 62,5 1000 1000
Эвгенол 31,2 62,5 31,2 125 250



крупнолистный и б. подбел), в Амурской области (б. стелющийся), обладают умеренным антифуигальпым действием в отношении возбудителей поверхностных дерматомикозов. Малоэффективными они оказались в отношении дрожжеподобного гриба рода Candida и Aspergillus niger. Изолированные компоненты, как и цельные эфирные масла, обладают избирательностью микробоингибирующего эффекта. Более чувствительны к действию кислородсодержащих моно- и сесквитерпеноидов поверхностные дерматофиты, малочувствительны — Aspergillus niger и Candida albicans. По способности задерживать рост патогенных грибов Trichophyton и Microsporum из исследуемой группы веществ выделяются циклоколоренон и ar-турмерон. Сходство структуры палюстроли и ледола не отразилось на биологическом действии их в отношении Microsporum canis, Trichophyton rubrum и Tr. mentagrophytes. Палюстрол, один из макрокомпонентов эфирного масла багульника, ингибировал рост вышеуказанных грибов в концентрации 125—250 мкг/мл, в то время как другой сесквитерпеповый спирт — ледол — в предельных концентрациях (1000 мкг/мл) ни на один из выбранных тест- микроорганизмов фунгистатического действия не оказывал. При сравнении количественного содержания основных тер- пеноидов в эфирных маслах растений рода Ledum с их антигрибковым действием оказалось, что фунгистатический эффект исследуемых эфирных масел определяется суммарным действием присутствующих в определенном соотношении компонентов.

Более выраженную противогрибковую активность эфирного масла багульника крупнолистного можно объяснить наличием целого комплекса активных антифунгальных компонентов (п-мента-1(7), 8(9)-диен-2а-ола; п-мента-1(7),

8(9)-диен-2|3-ола и др.).

Изложенные краткие сведения все же дают основание высказать мнение о целесообразности использования эфирных масел в качестве субстанции противогрибковых препаратов. По всей вероятности, исходя из экономичности производства эфирных масел, их физико-химических свойств, а также учитывая их раздражающее действие при нанесении на поврежденные участки кожи и слизистые, рекомендовать эфирные масла в виде антигрибковых препаратов нецелесообразно. Тем более, как показали рапсе выполненные нами исследования (род Черноголовка, шизонепета, род полынь и др.), используя правильную технологию, можно получить из эфиромасличного сырья экстракт или другой суммарный комплекс, по силе фунгистатического действия не уступаю-

щий, а иногда и превышающий эфирное масло. Результаты фармакологического изучении мази с экстрактом Черноголовки обыкновенной и лечения экспериментальной микроспории подтверждают этот вывод.

ВЗАИМОСВЯЗЬ МЕЖДУ СТРУКТУРОЙ И ФУНГИСТАТИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТЬЮ В РЯДУ ОКСИКОРИЧИЫХ КИСЛОТ,

ФЛАВОИОИДОВ И КУМАРИНОВ

Вопросы взаимосвязи строения и биологического действия природных соединений все чаще становятся предметом углубленных исследований. С одной стороны, они дают возможность приблизиться к механизму взаимодействия биологически активного вещества и, в данном случае, возбудителя грибковой патологии, с другой знание зависимости в каждом конкретном случае «структуры — активности» дает возможность целенаправленно вести химический синтез с целью получения высокоэффективного фунгистатического средства. В литературе данный вопрос представлен достаточно хорошо. Практически все классы соединений в той или иной степени изучались на зависимость антимикробного, антивирусного и других видов действия от структуры вещества. Но особенно широко эти исследования поставлены в скрининге веществ, полученных химическим синтезом. Придерживаясь этих принципов, мы изучали антигрибковую активность двух больших групп биологически активных веществ — синтетических аналогов коричной кислоты и родственных соединений в ряду флавоноидов — кумаринов — антрахи- нонов. Для большинства из них нами впервые отмечен анти- фунгальный эффект, в том числе и для оксикоричных кислот (табл. 28).

Коричная кислота, как показали паши исследования, выполненные совместно с А. Л. Казаковым, В. А. Компанце- вым и Н. Н. Гужва, малоактивна в отношении возбудителей микроспории, трихофитии, асниргиллеза и кандидоза. А введение гидроксила в положение 2 дает ортокумаровую кислоту, которая в целом также малоактивна и по сравнению с коричной уступает по действию в отношении Trichophyton menlagrophytes. Введение гидроксила в параположение существенно усиливает активность коричной кислоты в отношении Microsporum canis и Trichophyton rubrum. Два гидроксила в положениях 2,4 и 3,4 снижают антифунгальиый эффект исследуемой кислоты. Замена — ОН группы на

Фуигистатипеская активность производных коричной кислоты, мкг/мл
Ter-'f-ми к ро орг а її нам
Кислота Microspo- тит canis Trichophy- to 11

rubrum

Trichophyton men- tagrophy- tes Candidal albicans 1 • b.

tL "C-

Коричная 500 250 125 500 1000
2-Оксикоричная (ортокумаро- вая) 500 500 500 H/a H/a
2-Метоксикоричная 500 500 500 H/a H/a
4-Оксш:оричная (га кумаровая) 31,2 31,2 125 250 H/a
4-Метоксикоричная 500 250 500 1000 1000
4-Ацетоксикоричнал 250 250 250 H/a H/a
2, 4-Диокснкоричная 1000 1000 1000 H/a H/a
2, 4-Димотоксикоричиая 500 250 500 1000 31,2
2, 4-Д на потоке и ко р и ч 11 а я 250 250 250 1000 31,2
3, 4-Оксикорнчная (кофейная) 1000 125 500 H/a H/a
З-Метоксикоричпая (феруловая) 500 500 62,5 H/a H/a
З-Окси-4-метоксикоричная (изо- феруловая) 500 1000 500 H/a H/a
3, 4-Дішетоксикоричпая 125 500 500 H/a H/a
4-Ацетокси-З-мстоксикоричная 500 500 1000 H/a H/a
З-Ацетокси-4-мстоксикоричиая 1000 1000 1000 H/a H/a
3, 4-Д 1ШЦОТОКСИкоричная 500 1000 H/a H/a H/a
4-Б ромкоричная 125 125 125 H/a, H/a
2-11итрокорнчная 500 1000 500 Il/a H/a
З-Нитрокоричная 250 250 250 H/a 250
4-Н птрокори чная 1000 1000 31 2 H/a H/a
2, 4-Дшштрокоричная 125 62,5 15.6 250 31,2
2-Окси-5-хлоркоричиая 15,6 31,2 15,6 1000 1000
2-К а рбокси-метиленокси-5-хл оіз- кори чная 7,8 7,8 7,8 1000 1000


—ОСН3 в положении 3 (феруловая кислота) усиливает ан- тифунгальное действие веществ в отношении Trichophyton mcntagropliytes. Резкое увеличение активности в отношении всех исследуемых штаммов отмечается после введения хлора в положение 5 ортокумаровой кислоты. Существенного изменения антигрибковой активности не наблюдается после введения двух метоксилов в положения 2,4 и 3,4, а также при замене одного из них или обоих на ацетоксигруппу.

Нитрогруппа в зависимости от положения ее в ароматическом кольце усиливает или уменьшает активность корич-

пой кислоты в отношении Trichophyton rvbrum, Tr. mentag- rophytes и Microsporum canis. He реагируют в исследуемых концентрациях на нее Aspergillus niger и Candida albicans. Введение двух питрогрупп существенно повышает антифун- гальную активность исследуемой кислоты, что также характерно для атома Вг в положении 4. Еще более значительное увеличение противогрибкового действия наблюдали после введения в положение 2 карбоксимегеленоксигруппы и хлора в положении 5.

Таким образом, введение гидроксильных и метоксиль- ных групп существенно не влияет на активность коричной кислоты. Это же можно констатировать и в отношении N02 группы. Выраженный антифунгальный эффект имеют соединения, содержащие две N02 группы и галоген, а также галоген в комбинации с гидроксилом и карбоксиметиленокси- группой.

Для изучения указанного действия были взяты различные представители флавонолов и флавонов — агликоны и гликозиды.

Из флавонолов кемпферол проявляет слабую активность. Другой флавонол — кверцетин, имеющий на одну группу —ОН больше (в положении 3). более активен в отношении красного трихофитона и Microsporum canis. Глико- зидирование положения 3 кверцетина в основном снижает противогрибковую активность остатка арабинозы. Введение остатка рамнозы в то же положение кверцетина еще больше снижает антифунгальный эффект препарата. Введение остатка галактозы в положение 3 кверцетина (гиперозид) значительно повышает активность препарата. Следует отметить, что все исследованные нами флавоноиды практически не задерживают рост (в концентрациях 1000 мкг/мл) черного ас- пергилла и кандида альбиканс. Введение остатка биозы в положение 3 кварцетипа (рутин) и двух остатков глюкозы 3 и 4' и метоксила в положение 3' кварцетина (дактилин) также снижает активность исходного препарата.

Умеренную антигрибковую активность в отношении возбудителей поверхпостных дерматофитов проявили ф л а в о- ны: лютеолин, лютеолин-7-гликозид, гомоориентин, сапонаретин. Ксантон (дибензоиирон) активен к ментагрофитно- му трихофитону и неактивен по отношению к остальным видам грибов.

Из трех представителей антраценпроизвод- н ы х наиболее активным является эмодин (табл. 29). Из числа изученных кумар и нов низкую степень фунгис- татической активности проявили умбеллиферон и умбел-

Trichophyton

rubrum

Trichophyton mentagrophy-

fes

MicrosporuTn

cants

Aspergillus

niger

Candida albicans



1 2 1 4 5 В
2 Метил-5, 8-днмпокси-фуро-2', 3' : 0,
7-х ромон (ктллии) 250 02,5 250 1000 Н/а
2-Метил-5-оксн-8-метокг.н-фуро-2', 3' :
: 6, 7-х ромеи (5-оксикеллин) 3,к 7,8 3,8 Н/а Н/а
^ (носі ізо-у-пи рои (ксаитои) 1000 15,0 1000 11/а 11/а
1, 8-Дііокси-3-.\іетшіантрахішон (хри
зофаиол) 250 500 500 П/а 11/а
1, 2-Диоксиаптрахипон (ализарин) 250 125 31,2 Н/а 11/а
1, 6, 8~Т|шокси-3-метилаитрахшіон - Н/а
(.ШОДІ1П) 31,2 7,8 7,8 Н/а
7 Оксикумарин (умбеллиферон) II/а 250 500 Н/а П/а
7-Метоксикумарин (герниярип) 250 15,6 15,0 1000 500
7-Оксигеранилкумарин (умбеллипре-
НИН) 1000 250 1000 Н/а Н/а
Фуро-2', 3' : 6, 7-кумарин (псорален) 125 15,0 02,5 500 Н/а
8-Метоксипсорален (ксантотоксин) 8-Изонентиншюксипсорален (имнера - 02,5 02,5 15,6 1000 500
тории) 7,8 7,8 31,2 1000 Н/а
8-Оксипсорален (ксантотоксап) 31,2 31,2 31,2 1000 500
Фуро-2', 3' : 7, 8-кумарин (аигеллп-
цпн) 02,5 02,5 15,6 125 125
Пензойпая кислота 125 500 500 Н/а Н/а
3, 4, 5-'1’риметоксибензойная кислота
(галловая кислота) , 1000 1000 500 Н/а Н/а
Проинловый эфир 3, 4, 5-трпоксибен-
войной кислоты (пропплгаллат) 7,8 3,8 7,8 Н/а 1000
Нентагснтагал лат-D-глюкопиранюы
(галлотапип) 31,2 3,8 15,6 Н/а 1000

липренон. Более акти иными оказались фуранокума- р и н ы. Ил них самые активные — вмнсраторин ксантоток- сол и фуранохромон 5-оксикеллпп.

Галловая кислота проявила низкую фунгистатическую активность, но ее производные — галлогашш и особенно про- пнлгаллат оказались весьма активными н отношении возбудителей поверхностных дерматомикозов. Хелидоновая кислота в концентрации 1000 мкг/мл не показала задерживающего рост действия ни к одному виду патогенных грибов.

Исходя из изложенных данных можно сделать вывод, что наиболее перспективным' является поиск фунгпстагических средств среди фуранокумарипов.

<< | >>
Источник: Георгиевский В. П., Комиссаренко II. Ф., Дмитрук С. Е.. Биологически активные вещества лекарственных растс- ний/Георгиевский В. П., Комиссаренко II. Ф., Дмитрук С. Е.—Новосибирск: Наука, Сиб, отд-ние,1990. 1990
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме ГЛАВА 5. МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА КУ МАРИНОВ, Ф Л А ВОНО II ДО В, АНТРАХИНОНОВ, КАРДИОСТЕРОИДОВ, ФЕІЮЛОКИСЛОТ И ЭФИРНЫХ МАСЕЛ ФЛАВОНОИДЫ, ПРОИЗВОДНЫЕ КУМАРИНА И АПТРАХШ10НА:

  1. Глава 7. БИОЛОГИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА ВНИРОЕНА-1, ТЕТРОДОТОКСИНА, ПРОСТАГЛАНДИНОВ
  2. Глава 5 .ЗАВИСИМОСТЬ МЕЖДУ СТРУКТУРОЙ И БИОЛОГИЧЕСКИМИ СВОЙСТВАМИ АНТИБИОТИКОВ
  3. Лекция № 24. СИНТЕТИЧЕСКИЕ ПРОТИВОМИКРОБНЫЕ СРЕДСТВА: СУЛЬФАНИЛАМИДНЫЕ ПРЕПАРАТЫ, ПРОИЗВОДНЫЕ 8-ОКСИХИНОЛИНА, ПРОИЗВОДНЫЕ ХИНОЛОНА, ФТОРХИНОЛОНЫ, ПРОИЗВОДНЫЕ НИТРОФУРАНА, ПРОИЗВОДНЫЕ ХИНОКСАЛИНА, ОКСАЗОЛИДИНОНЫ
  4. С. Гланц. Медико-биологическая статистика. Пер. с англ. — М., Практика1998, 1998
  5. РЕФЕРАТ. СТРОЕНИЕ, СВОЙСТВА И БИОЛОГИЧЕСКАЯ РОЛЬ БИОТИНА И ТИАМИНА2018, 2018
  6. КЛАССИФИКАЦИЯ ВИТАМИНОВ. ОСНОВНЫЕ ФИЗИКО-ХИМИЧЕСКИЕ И БИОЛОГИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА
  7. Медико-биологическое обеспечение тренировочного процесса в условиях среднегорья
  8. Медико-биологические и педагогические принципы отбора в отдельные виды спорта. Генетическая детерминированность основных морфологических показателей
  9. Глава 5 ЛИПИДЫ: ЖИРНЫЕ КИСЛОТЫ И ИХ ПРОИЗВОДНЫЕ
  10. ЭФИРНЫЕ МАСЛА
  11. КУМАРИНЫ И ХРОМОНЫ
  12. Коллектив авторов.. ФАРМАЦЕВТИЧЕСКИЕ И МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЛЕКАРСТВ. В двух томах. Том 2 Под редакцией профессора И. М. Перцева и профессора И. А. Зупанца Харьков Издательство НФАУ1999, 1999
  13. ФЛАВОНОИДЫ
  14. Медико-биологические средства оптимизации процессов восстановления и повышения спортивной работоспособности Объем и интенсивность применения восстановительных средств в зависимости от структуры учебнотренировочного процесса (С.Н. Португалов, 2002) (Рис. 15.1)
  15. Глава 5.БИОЛОГИЧЕСКИ АКТИВНЫЕ ВЕЩЕСТВА
  16. Глава 47. Объекты биологического происхождения как вещественные доказательства
  17. Глава 5 Лекарственные растения, обладающие иммунопротекторными свойствами. ЛИСТЬЯ КРАПИВЫ
  18. Глава 6. диагностика, профилактика И МЕДИКО-СОЦИАЛЬНАЯ ЭКСПЕРТИЗА ПРИ ПНЕВМОКОНИОЗАХ
  19. Глава 15. заболевания, обусловленные. ВОЗДЕЙСТВИЕМ БИОЛОГИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ У РАБОТНИКОВ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА
  20. ЛЕКАРСТВЕННЫЕ РАСТЕНИЯ И ЛЕКАРСТВЕННОЕ РАСТИТЕЛЬНОЕ СЫРЬЕ, СОДЕРЖАЩИЕ КУМАРИНЫ И ХРОМОНЫ