<<
>>

Гигиеническое значение источников вторичного загрязнения

Ртуть относится к веществам, которые способны сорбироваться строительными конструкциями, производственным и лабораторным оборудованием, спецодеждой и так далее с образованием источников вторичного загрязнения.

Известно, что способностью сорбироваться строительными конструкциями и материалами обладают ряд токсичных веществ: свинец, тетраэтилсвинец, бензол, нитробензол, дихлорэтан, сероводород и некоторые другие. Однако не для всех из них образование едепо» в конструкциях обусловливает потенциальную опасность последующего воздействия на организм рабочих. Опас-

ность «депо» токсичных веществ в строительных конструкциях определяется двумя моментами: сохранением токсичными веществами в депонированном состоянии своей химической структуры, а следовательно, биологической активности, и «способностью» их к десорбции, т. е. повторному поступлению в воздух. В связи с тем что для ртути характерны перечисленные выше свойства, вопросы загрязнения конструкций ртутью приобретают особый интерес.

Способность ртути к десорбции обусловливает необходимость при санитарной оценке «ртутной опасности» ни в коем случае не ограничиваться только определением содержания паров ртути в воздухе, а проводить всестороннее и детальное изучение всех возможных источников загрязнения и условий воздействия ртути. В пользу этого свидетельствуют случаи микромеркуриализма среди рабочих, не имеющих отношения к работам со ртутью, но находившихся в помещениях, где работы с открытой ртутью были прекращены много месяцев назад.

Установлено наличие паров ртути в воздухе градуировочных мастерских в тех случаях, когда градуировка не производилась, что объясняется десорбцией ртути из штукатурки. На примере производства промедола, где ртуть применялась в качестве катализатора, было проведено сравнение содержания парообразной ртути во время функционирования предприятия и в период полного прекращения производственного процесса. Оказалось, что если при функционирующей технологии содержание паров ртути в 3—7 раз превышало ПДК, то в период полной остановки производства и после промывки аппаратуры и обычной уборки помещения ртутные пары определялись в воздухе в содержаниях 0,014— 0,02 мг/м®, т. е. превышали предельно допустимые в 1,5— 2 раза. При этом ртуть проникала на всю глубину штукатурки, а содержание сорбированной ртути составляло 1,3—5,1 мг на 100 г навески. Описан случай вторичного загрязнения «залежной» и сорбированной ртутью приемных комнат детских яслей и т. д.

Подробные данные по указанному вопросу приведены И. М. Трахтенбергом, которому принадлежит вывод о том, что загрязненные «залежной» и сорбированной из воздуха ртутью строительные конструкции со временем становятся основным источником вторичного ПО-

ступления ртутных паров в зону дыхания работающих.

Результаты последующих исследований [69, 70} показали, что образование источников вторичного загрязнения в результате сорбции ее паров строительными конструкциями, производственным оборудованием, рабочей (лабораторной) мебелью не зависит от характера использования ртути.

Так, процент положительных (указывающих на наличие ртути) результатов проб штукатурки стен и перегородок колеблется в широких пределах (36,3—100,0 %). При этом как для промышленных предприятий, так и для лабораторий, постоянно использующих ртуть, процент положительных результатов намного выше (88,2—100,0 %) по сравнению о лабораториями, использующими ртуть в небольшом количестве и периодически (36,3 %).

В данных по лабораторным помещениям отмечена прямая зависимость между частотой положительных результатов анализов, с одной стороны, и содержанием ртути в конструкциях, с другой. Более высокому проценту положительных проб в лабораториях, постоянно использующих ртуть (97,8 % по сравнению с 36,3 % в лабораториях, использующих ртуть периодически), отвечает более высокое содержание ртути в конструкциях (91,0 % проб содержит 0,001 кг/г ртути и больше по сравнению с 47,4 % в сопоставляемой группе лабораторий).

Отметим, что на промышленных предприятиях не всегда наблюдается прямая зависимость между частотой положительных анализов и содержанием ртути в «депо». Так, процент положительных результатов проб штукатурки Сумского завода электроавтоматики (93,3 %) несколько выше, чем аналогичный показатель по Лохвицкому приборостроительному заводу (89,8 %). Однако если большая часть положительных проб (71,4 %), отобранных на заводе электроавтоматики, содержала ртуть в количестве до 0,0009 мг/г включительно, то основную массу проб, отобранных на приборостроительном заводе (73,7 %), составили те, при анализе которых ртуть определялась в количествах, равных и превышающих 0,001 мг/г. Загрязнение ртутью строительных конструкций приборостроительного завода таким образом намного выше.

Следовательно, при гигиенической оценке степени за-

грязнения конструкций депонированной ртутью необходимо учитывать как процент положительных результатов, так и фактическое содержание ртути в конструкциях.

При анализе закономерностей образования источников депонированной ртути было установлено, что содержание ртути в строительных конструкциях при прочих равных условиях определяется содержанием ее - паров в воздухе. Так, процент положительных результатов анализов проб конструкций «ртутных участков» химического цеха (100,0 %) выше как по сравнению с аналогичными показателями для отделений ксантогени- рования и растворения (83,3 %), так и по сравнению с .процентом положительных анализов проб (55,5 %) -наружной поверхности стен корпуса химического цеха (строительные конструкции не были подвергнуты специальной «защите»).

Еще более показательны данные, касающиеся содержания ртути в «депо»: если в 71,8 % проб штукатурки «ртутных участков» ртуть определялась в количествах,

. равных и превышающих 0,01 мг/г, то основную массу проб отделений ксантогенирования и растворения (85,0 %) составляют пробы с содержанием 0,001— 0,009 мг/г ртути. В пробах наружной поверхности стен корпуса вискозного производства содержание ртути не превышало 0,005 мг/г, т. е. было еще более низким. Аналогичные данные получены и в условиях приборостроительного завода.

Определяющее влияние содержания ртути в воздухе на степень сорбции ее паров проявляется также в том, что участки строительных конструкций, которые расположены вблизи зон выделения в воздух паров ртути, содержат ее намного больше по сравнению с общим фоном загрязнения конструкций всего помещения. Возможность образования локальных очагов более высокого загрязнения строительных конструкций должна учитываться при отборе проб для лабораторных' анализов: наряду с усредненными пробами необходимо (с учетом размещения оборудования) делать и анализировать и разовые.

Сорбция строительными конструкциями паров ртути происходит при незначительных в сравнении с величиной максимально разовой ПДК ртути в воздухе рабочей зоны (0,01 мг/м3) количествах последних. Однако когда со-

держание ртути достигает величин, соизмеримых с ПДК в атмосферном воздухе (0,0003 мг/м3), то сорбция ртути строительными конструкциями зданий практически не происходит.

Большое влияние на количество депонированной ртути оказывают наличие и свойства специальных покрытий, применяемых для «защиты» строительных конструкций. Наиболее показательные в этом отношении данные получены на комбинате химического волокна, где фундаменты технологического оборудования были защищены от воздействия концентрированных растворов щелочи при помощи антикоррозийного покрытия на битумной основе. Результаты анализов показали, что содержание ртути в фундаментах по сравнению с ее содержанием в «незащищенной» кирпичной кладке стен было ниже на один- два порядка величин (температура поверхности фундаментов и ограждений практически одинакова). В то же время «защищенные» составами на основе битума фундаменты оборудования «ртутных участков» химического цеха все же содержали ртуть в пределах тысячных долей миллиграмма на грамм, в то время как аналогичным образом «защищенные» фундаменты оборудования отделения растворения не содержали ртути. Этому соответствует и факт различной эффективности масляного покрытия конструкций в зависимости от содержания ртути в воздухе: относительно высокий «защитный» эффект при содержании ртутных паров до 0,005 мг/м3 (отделение растворения химического цеха) и отсутствие существенного эффекта при содержании в воздухе 0,05—0,11 мг/м3 ртути (приборостроительный завод).

Таким образом, предотвращение образования «депо» ртути в строительных конструкциях возможно только при одновременном проведении комплекса «защитных» мероприятий, направленного на снижение содержания паров ртути в воздухе.

Вследствие применения «защитных» покрытий на промышленных предприятиях содержание ртути в «депо» зачастую оказывается более низким, чем при лабораторном использовании ртути, где предупреждению образования источников сорбированной ртути ранее не придавалось должного значения.

Интенсивность процессов сорбции ртути зависит во многом от свойства самих материалов, в частности отих пористости и структуры пор (сквозных или слепых).

Проведенные исследования показали, что влияние свойств материалов сказывается и при наличии «защитных» покрытий. Так, при прочих равных условиях в пробах деревянных конструкционных элементов (балки, оконные переплеты, подоконники) под слоем масляной краски содержится меньше ртути, чем в аналогичным образом «защищенной» штукатурки стен. Установлена способность ртути проникать на большую глубину в толщу строительных конструкций. При этом более высокому содержанию ртути в штукатурке отвечают более высокие величины содержания ее в кирпичной кладке стен (коэффициент ранговой корреляции колеблется в пределах 0,57—0,84). По мере проникновения в глубину конструкций содержание ртути уменьшается. Снижение содержания ртути в пробах кирпичной кладки стен по сравнению с содержанием ртути в штукатурке статистически достоверно (р < 0,05).

В эксперименте, при котором специально изготовленные образцы бетона экспонировались в течение 12 месяцев в атмосфере, насыщенной парами ртути при температуре 18—23 °С, было установлено, что содержание ртути в образцах (по данным анализов смывов, а также проб, отобранных с глубины до 1 мм и глубины 4—6 мм) постоянно увеличивалось и скорость диффузии ртути в толще бетона составляла около 0,5 мм/мес.

Результаты проведенных исследований подтвердили предположение о том, что сорбированная строительными конструкциями ртуть является источниками дополнительного загрязнения воздуха рабочей зоны. Дополнительное загрязнение воздуха за счет источников вторичного загрязнения (по данным работы [120] удельный вес выделения ртути из источников вторичного загрязнения составляет до 40 %) способствует как повышению общего уровня содержания ртути в воздухе, так и стабилизации этого повышенного уровня в результате образования системы: воздух — «депо» — воздух. Наличие паров ртути в то время, когда работы со ртутью не проводятся, а также низкая в ряде случаев эффективность общепринятых оздоровительных мероприятий объясняются наличием источников вторичного загрязнения воздуха.

Загрязнение конструкций зданий на всю толщину может приводить также к поступлению ртути в смежные

помещения и дополнительному загрязнению воздуха промышленной площадки и наружной атмосферы.

Однако значение источников вторичного загрязнения не ограничивается их ролью как фактора дополнительного поступления ртути в воздух рабочей зоны. Проведенные исследования позволяют прийти к выводу о самостоятельном гигиеническом значении вторичного загрязнения воздуха парами ртути. Установлено, что исключительно за счет источников вторичного загрязнения в воздухе могут образовываться и длительно поддерживаться высокие содержания паров ртути. Так, в одной из лабораторий Института металлокерамики АН УССР после прекращения всех работ со ртутью, демонтажа оборудования и вентиляционных систем содержание паров ртути составило 0,13—0,15 мг/м3 (пробы отбирались в данном случае после пятидневного «выдерживания» помещения при закрытых окнах, форточках и дверях). В другом помещении этого же корпуса пары ртути с содержанием 0,05—0,07 мг/м8 были обнаружены после того, как все работы со ртутью в нем были прекращены около шести лет назад и в течение всего указанного отрезка времени в нем размещалась библиотека.

Результаты анализа проб воздуха, отобранных в одном из корпусов спустя 13 лет после прекращения в нем работе использованием ртути, выявили наличие ее паров в 14 пробах из 17 в содержаниях колеблющихся от 0,04 мг/м3 до 0,13 мг/м3. При этом ртуть была выявлена как в помещениях, где в прошлом работали с нею и в последующем были обнаружены источники «залежной» ртути, так и в тех помещениях, где со ртутью не работали и видимые источники капельной ртути отсутствовали.

Содержание паров ртути в воздухе помещений биохимической лаборатории одного из клинических институтов, обусловленное поступлением ее из вторичных источников, колебалось в широких пределах: 0,005—0,04 мг/м3, причем в 18 из 26 проб оно равнялось и даже превышало ПДК-

Важным с гигиенической точки зрения является то, что эти повышенные содержания ртути, являющиеся следствием вторичного загрязнения воздуха, поддерживались в течение длительного времени. В воздухе ряда производственных помещений службы наладки теплоизмерительных приборов пары ртути определялись через

шесть лет после прекращения работ со ртутью, проведения химической демеркуризации полов и декоративного ремонта помещений. Так, на заводе газоразрядных ламп после демонтажа оборудования, промышленных проводок и вентиляционных установок в воздухе «ртутного блока» содержалось 0,01 мг/м3 ртути.

Вывод о самостоятельном гигиеническом значении вторичного загрязнения воздуха ртутью базируется и на том, что за его счет могут образоваться новые источники, названные нами источниками «третьего порядка». Этим термином определяются те дополнительные источники, которые образуются исключительно в результате сорбции паров ртути объектами производственной или лабораторной обстановки после того, как первичное загрязнение воздуха в силу тех или иных причин перестало играть свою роль. Таким образом, наличие источников вторичного поступления ртути в воздух определяет возможность дальнейшего загрязнения ею объектов производственной и лабораторной обстановки. Образование источников «третьего порядка» служит доказательством наличия круговорота ртути между воздухом и объектами производственной и лабораторной обстановки даже при отсутствии источников первичного загрязнения.

Предпринятые нами наблюдения позволили не только определить роль «депо» сорбированной ртути как существенного источника вторичного поступления ее паров в воздух, но и выяснить, влияет ли содержание ртути в конструкциях на интенсивность загрязнения воздуха ртутью. Для сопоставления результатов исследования пробы воздуха на протяжении всего наблюдения отбирались в трех фиксированных точках помещения после пятидневной «экспозиции» его при закрытых окнах, дверях и форточках. Было установлено, что при содержании ртути в «депо» (штукатурка стен и потолка, покрытие пола) на уровне сотых-тысячных долей миллиграмма на грамм содержание ее паров в воздухе находилось в пределах одной-двух десятых долей миллиграмма на кубический метр. Когда в результате удаления наиболее загрязненных конструкций содержание ртути во всех «депо» оказалось на уровне тысячных долей миллиграмма на грамм, содержание ее паров в воздухе снизилось до уровня сотых долей миллиграмма на кубический метр. После того, как в результате изоляции элементов основа-

ния пола и удаления штукатурки со стен и потолка содержание ртути в «депо» (кирпичная кладка стен и перекрытие) снизилось до десятитысячных долей, содержание ее паров в воздухе составляло тысячные доли.

На основании этих данных можно сделать вывод, что при заданных условиях эксперимента была установлена следующая зависимость: содержание ртути в воздухе (в миллиграммах на кубический метр) на один порядок выше порядка содержания ртути в строительных конструкциях (в миллиграммах на грамм).

Естественно предположить, что при иных условиях (в частности, при другом соотношении суммарной площади десорбции ртути из конструкций к объему воздуха в помещении, а также в зависимости от условий воздухообмена и температуры воздуха и конструкций) эти отношения могут изменяться в ту или другую сторону. Тем не менее установленную закономерность можно использовать для классификации интенсивности источников депонированной ртути в зависимости от содержания ртути в конструкциях, из которых непосредственно осуществляется десорбция ее паров (штукатурка стен, потолка, колонн, покрытие пола).

Выделяют три степени загрязнения: первая (незначительной интенсивности), когда содержание ртути в «депо» в подавляющем большинстве проб или по средним значениям находится на уровне десятитысячных долей миллиграмма на грамм; вторая (средней интенсивности)— на уровне тысячных долей; третья (высокой интенсивности) — на уровне сотых долей миллиграмма на грамм.

Как показали производственные исследования, существенным моментом, определяющим стабильный характер загрязнения воздуха при наличии источников депонированной ртути, является наличие ртути в несущих конструкциях. Так, при условии, что загрязнение конструкций ограничивалось поверхностными слоями, прекращение «первичного» поступления ртути в течение 10 месяцев при интенсивном проветривании привело к существенному снижению содержания ртути в конструкциях и, наоборот, при проникновении ртути в толщу несущих конструкций при тех же условиях содержание ее в поверхностно расположенных «депо» существенно не снизилось.

В связи с этим гигиеническая классификация источников депонированной ртути (а равно, степени загрязнения конструкций) не может не учитывать глубину проникновения токсичного вещества в толщу конструкции. Исходя из рассмотренных выше данных, можно выделить источники поверхностного загрязнения, когда несущие конструкции (междуэтажные перекрытия, ограждения, колонны, фундаменты оборудования) свободны от ртути, и источники массивного загрязнения, когда несущие конструкции содержат ощутимые количества ртути (не меньше 0,0005 мг/г).

Таким образом, в основе предложенной нами классификации источников депонированной ртути по количественному признаку лежат два гигиенических критерия: содержание паров ртути, создаваемое исключительно за счет десорбции ртути из «депо», и стабильность загрязнения воздуха помещений. Показательно, что каждый из двух выше приведенных критериев определяется самостоятельной характеристикой «депо»: содержанием в нем ртути и глубиной ее проникновения.

Правомерность такого подхода к классификации источников депонированной строительными конструкциями ртути подтверждается наличием определенной взаимосвязи между отдельными характеристиками «депо»: источники первой степени загрязнения являются, как правило, поверхностными, а третьей—массивными. Что касается источников второй степени интенсивности загрязнения, то они могут быть как массивными, так и поверхностными.

Основным выводом из результатов предпринятых исследований, имеющим первостепенное практическое значение, является то, что наличие «депо» сорбированной ртути требует проведения специальных оздоровительных мероприятий, направленных на предотвращение вторичного загрязнения воздуха парами ртути.

<< | >>
Источник: Коллектив авторов. Ртуть и ее соединения в окружающей среде (гигиенические и экологические аспекты) / И. М. Трахтенберг, М. Н. Коршун; Под общ. ред. И. М. Трахтенберга.— К. : Выща шк.,1990.— 232 с.. 1990
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме Гигиеническое значение источников вторичного загрязнения:

  1. Реферат. ГИГИЕНИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ПИТАНИЯ, КАК ИСТОЧНИК ЗДОРОВЬЯ И НОРМАЛЬНОГО ФИЗИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ДЕТЕЙ2017, 2017
  2. Харольд Стерн. Кушетка. Ее использование и значение в психотерапии.Перевод с английского Е. Замфир (Кушетка. Ее использование и значение в психотерапии) и О. Лежниной (Введение в современный психоанализ и работы Хаймана Спотница); при участии Т. Рудаковой. Научная редакция проф. М. Решетникова.2002, 2002
  3. ВТОРИЧНАЯ АМЕНОРЕЯ
  4. Вторичные мессенджеры
  5. Социально-гигиенический мониторинг
  6. Глава 10. Гигиенические аспекты спортивной деятельности
  7. Травматизм — социально-гигиеническая проблема
  8. Утренняя гигиеническая гимнастика
  9. Гигиенические требования к спортивным сооружениям
  10. Гигиеническая гимнастика
  11. ВТОРИЧНЫЕ ИММУНОДЕФИЦИТЫ
  12. Вторичная профилактика
  13. Глава 5 Вторичные иммунодефицитные состояния
  14. Вторичные передатчики при активации лимфоцитов
  15. ПЕРВИЧНЫЕ И ВТОРИЧНЫЕ МЕТАБОЛИТЫ
  16. Вторичные растительные вещества
  17. Источники ИЛ-2
  18. ПРИЧИНЫ РАЗВИТИЯ ВТОРИЧНЫХ ИММУНОДЕФИЦИТОВ
  19. Терапия вторичных иммунодефицитных состояний